Презентационные брошюры

Подобные проблемы, конечно, никогда не попадают в презентационные брошюры об образцовых коммунах. Точно так же и крайности — вроде тех, что давали почву для пересудов о том, что в коммунах, среди прочего, обобществляют и женщин — в брошюрах не упоминаются вовсе. Между тем «перегибы», как позже стали называть чрезмерно ретивое воплощение генеральной линии, все-таки находили отражение в литературе, где сделаны попытки анализа внедрения «нового быта» в коммунах. Так, например, в коммуне «Искатель» Саратовского округа, куда вступили пришлые рабочие и крестьяне из Подмосковья, перестройка быта с самого начала приняла радикальные формы. Это описание столь любопытно, что мы приведем его целиком: «Сразу, без подготовки, без бесед и объяснений, отменили все обряды, объявили членам коммуны, что для вступления и брак не надо даже записи, а пусть будет свободное сожительство по доброму согласию участников, все старые имена сменили па новые, мужчины стали называться — Марс, Метеор, Бронь, Восход, а женщины — Комета, Планета, Венера, Роза, Луна, Лилия; фамилию все взяли одну -— Искатель; отчество совсем откинули, как принадлежность старой семьи; и все в том же духе. Председатель коммуны, подписывающийся “Бронь Искатель”, искренно был уверен, что он строит самый настоящий социализм».

Эта коммуна вскоре перестала существовать. Однако описанные подробности вполне узнаваемы и, как можно предположить, неисключительны. Скажем, писатель Ф. Панферов в любопытнейшем тексте о том, что такое коммунизм, описывает нечто очень похожее в коммуне «Пролетарская Воля» недалеко от Пятигорска, где коммунизм выглядит как незамысловатая, но малосодержательная игра. В этой коммуне все коммунары носят одинаковые соломенные шляпы. Председатель коммуны поясняет: «У нас так: нужны шляпы — так всем одинаковые, сапоги —всем одинаковые, костюмы — тоже. Равенство, понимаете?» Увидев доярку, писатель спрашивает у председателя, как ее фамилия, и получает следующий ответ:

«Фамилия? А у нас же частные фамилии ликвидированы. Единая у всех фамилия. Это доярка Анна Пролетволя. Тут вон, на углу, Тихом Пролетволя. Я Николай Пролетволя». Зайдя в коровник, писатель обнаруживает, что и коровьи клички, написанные на табличках, отличаются нарочитой революционностью: Роза, Пламя Победы, бык Вперед.

скачать видео