Выход зажиточных крестьян

Во всех отчетах отмечается, что выход зажиточных крестьян из коммун в начале попа был чем-то вроде самоочищения, оздоровившего атмосферу в коллективе. Дело представлено так, что вступление в коммуну представителен беднейшего крестьянства и возвращение с фронта бывших коммунаров восстанавливает однородность группы, а это рассматривается как безусловное благо.

Однако коммунары были вынуждены констатировать, что как раз в тот момент, когда состав коммуны оказывался гомогенным, в коллективе проявлялись и другие, внутренние, разлагающие факторы — лень и разгильдяйство. Лозунг «от каждого по способностям» оказывался утопичным. При уравнительном подходе отсутствовала связь трудового вклада и потребляемой доли благ, а отсюда возникали и проблемы в организации труда, ср. такое наблюдение, куда более откровенное, чем те, что можно встретить в рассматриваемых материалах пропаганды: «Почти везде, где была введена уравнительная поденщина, в результате получалось равнение на худших работников. Поднимались бесконечные споры: я переработал… ты недоработал… а затем выход членов и общий развал хозяйства». Уравнительный подход, особенно на первых порах, встречался нередко. Из того же источника мы узнаем о том, например, что и в конце 1920-х в коммуне «8 октября» Московского округа не было нормировок для труда, работали «без счета, по-крестьянски», правда, это не значит, что работали мало — в горячую пору и по 18 часов в сутки. При этом каждому коммунару, какую бы он работу ни выполнял, выплачивалось на его личные потребности 35 рублей в месяц, из которых 15 рублей удерживалось на коллективный стол. Отметим, что деньги как элемент отношений внутри коммуны вводятся в обиходдовольно поздно, а уравнительное распределение запросто обходится без денег.

скачать видео